Национальные особенности охоты на собак: что показал инцидент в Брунаве

Одни уверены, что убийство собак — чудовищное преступление, другие считают: бродячих и агрессивных животных нужно отстреливать без промедления.

Автор этих строк принадлежит к первым. Убийство собак — это преступление, которое нельзя оправдать фразами вроде «они рвали косулю», «рычали на хозяйку» или «вели себя агрессивно». Нет ни одного доказательства, что псы из хозяйства «Modra olas» нападали на людей. Ни видео, ни фото. Только сомнительные свидетельства  и одна фотография, где два спокойно сидящих пса запечатлены на фоне растерзанной туши. Где третий, которого застрелили? Неужели все трое сидели в ряд, как обречённые, и ждали выстрела? Маловероятно.

«Скорее всего, уже печально известный охотник Гатис просто выследил и добил этих собак», — пишет автор.

А кто виноват? В соцсетях не раз звучало: сам хозяин виноват — не уследил, отпустил. Эта логика знакома: так говорят насильники, оправдывая преступления. «Сама виновата — пошла в короткой юбке». Та же риторика и здесь: «не присмотрел — значит, заслужили».

Похоже, у части общества действительно сердце куда-то пропало, а рассудок помутился. Даже если хозяин и правда виноват в том, что не уследил за собаками, это никак не оправдывает их убийства! И разве никто не понимает, что он уже наказан, жестоко и несправедливо, смертью своих животных: Боры, Бруно и Чипи-Липи?

Теперь — о полиции. На месте были трое сотрудников муниципальной полиции Бауски. Они видели, как охотник стреляет, и не остановили его. Это — соучастие. И никакие «служебные проверки» не нужны, уверена автор. 

Вялое Баускское самоуправление со своей жалкой «кризисной коммуникацией», котораое ничего не проясняет и путается в собственных текстах, как первоклассник над букварём, должно было уже в понедельник отстранить от работы и причастных полицейских, и начальника муниципальной полиции Эгила Гайлиса. Никаких пикетов у здания думы для этого ждать было не нужно.

«Никто не знает, кто принял решение стрелять», — говорит глава муниципальной полиции.
Но ясно, что решение приняли именно они — своим бездействием.
Государственная полиция возбудила уголовное дело, и, к счастью, расследовать его будут не те же самые полицейские, что покрывали коллег. Есть надежда, что события будут восстановлены, доказательства собраны, а вина стрелка и хозяйки — оценена.

Однако даже если это произойдёт, останется главный вопрос: изменит ли это отношение к животным? Едва ли.

Люди до сих пор не знают, как правильно действовать, если сталкиваются с агрессивным псом. Недавно Сейм запретил держать собак на цепи, но в большинстве сельских домов нет ограждений, и законом не установлено, что взамен должны быть вольеры. Даже воспитанное животное может вырваться и убежать.

Куда звонить, если видишь бродячую собаку? Формально — в муниципальную полицию. Но, как показывает пример Брунавы, это не всегда лучший вариант. 

История из Баусского края показала главное: часть общества не понимает, что выстрел в живое существо — это не «охота», а преступление. И место ему не в деревне, а в уголовном кодексе.