Пожары в Париже ударят по Латвии сильнее, чем вы думаете: неприятная правда от Князевой

«За этот европейский банкет наши люди заплатят немного по-другому», — говорит Князева.

«Франция имея госдолг в 120% от ВВП стала сокращать затраты во всех сферах, кроме оборонной. Тогда старшеклассники вышли на улицы и спросили — почему на пушки есть деньги, а на наши парты — нет. И государство фактически ответило им. Слезоточивым газом. Дальше к школьникам подтянулись «сочувствующие»», — рассказывает Ольга.

Большинство тех, кто сейчас во Франции грабит бутики — это молодежь из неблагополучных мигрантских районов, подчеркивает журналист. Но разожгли протест не они, напоминает Ольга.

«Франция годами кормила мигрантов, которые, кстати, живут там уже втором или третьем поколении, занимая деньги в долг. Вместо того, чтобы дать им нормальное образование и заставить их работать. Пока у Франции были дешевые деньги — эту гангрену заливали деньгами. А теперь социальный контракт рухнул. И вот что происходит, когда у, по сути, социалистического государства, заканчиваются чужие деньги», — рассказывает Ольга.

Князева отмечает, что похожая ситуация сейчас в Италии. Это вообще общеевропейская эпидемия, когда кончаются деньги на выбранную социальную модель, подчеркивает экономический обозреватель.

«Латвия же сейчас является страной, которая берет из Евросоюза больше денег, чем отдает. Это так называемые фонды кохезии. А кто наполняет этот европейский котел? Доноров у нас по сути всего два — Германия и Франция. Раньше была еще Британия, но, как вы знаете, она вышла из ЕС. И сейчас в Брюсселе происходит битва за новый семилетний бюджет Европейского союза на 2028-34 годы.  Латвия просит как минимум 7 миллиардов евро только на покрытие оборонных строек, укрепление восточной границы. Плюс у нас ещё висит проект Rail Baltica», — напоминает Ольга. 

«А теперь поставьте себя на место французского или немецкого премьера. У тебя рядом горят школы, граждане штурмуют мэрии из-за тарифов, а на обслуживание государственного долга уходят десятки миллиардов. И сможет ли хоть один европейских лидер выйти и сказать честно — мы закроем вот эту больницу, тут вот повысим вам налоги, чтобы направить семь миллиардов странам Балтии, ведь им сложнее, чем нам. Вы представляете такого политика? Я нет. Это политическое самоубийство сразу. То есть ответ очевиден», — подчеркивает журналист.

Князева уверена, что никаких легких денег из Брюсселя уже не будет. Но отмечает, что когда легкие деньги в Латвии закончатся, тогда Латвия и начнет развивать экономику самостоятельно. Но до того как это случится, Латвии придётся занимать. И цифра уже озвучена — 4,3 миллиарда  евро. Часть этих денег пойдет на покрытие старых долгов и часть станет образовавшимся новым долгом, тем самым общий долг вырастет.

Князева также отмечает, что из-за ситуации во Франции ставки взлетели на финансовых ранках не только у Франции, они взлетели в целом, таким образом в 2028 году латвийская Госкасса только на выплату процентов по старым долгам будет отдавать 722 миллиона евро в год.

«Это огромные деньги. Они пойдут не учителям, не в школы, не на компенсируемые лекарства. Это просто плата за то, что сегодня мы живет в долг и нам позволяют это делать», — подчеркивает Князева.

Экономический обозреватель отмечает, что в Латвии парижские бунты не возможны. Наши люди будут реагировать по-другому. Одни уедут, другие затянут пояса и будут терпеть.

«А с другой стороны чиновники смотрят на то, как мы терпим и думают, что так с нами поступать можно. Но посмотрим, что будет дальше в плане народной терпеливости», — отмечает журналист и подчеркивает, что для нас первые моменты экономии станут видны уже на стыке осени и зимы, когда будет верстаться государственный бюджет.