Дирижёр, который обманул смерть: одна история из жизни Арвида Янсонса

Есть биографии, которые словно нарочно придуманы романистом. Арвид Янсонс родился в Либаве, нынешней Лиепае, в семье, где никто ещё не подозревал, что мальчику предстоит стать одним из самых известных дирижёров Советского Союза. Он начинал скрипачом в провинциальном театральном оркестре, а закончил жизнь за дирижёрским пультом в английском Манчестере. В буквальном смысле: 21 ноября 1984 года во время концерта с оркестром Халле у него случился смертельный сердечный приступ.

Но самое удивительное в его судьбе произошло задолго до мировой славы. И к музыке имело лишь косвенное отношение.

В 1940 году молодой музыкант женился на оперной певице Иде Блюменфельд, выступавшей под именем Ираиды Янсонс. Она происходила из еврейской семьи. Через год Латвию оккупировали немцы, и происхождение превратилось в смертный приговор.

Отец Иды, инженер-технолог Герман Блюменфельд, придумал отчаянную уловку. Он договорился с двумя латышскими врачами, чтобы те засвидетельствовали, будто Ида не родная, а приёмная дочь, некогда удочерённая из русской семьи. На основании этого свидетельства удалось получить документы, удостоверявшие её «арийское» происхождение.

Так несколько подписей на бумаге спасли человеческую жизнь. Ида избежала отправки в гетто, а Арвид укрывал жену от нацистов. Но её отец и два брата, Гермес и Георг, погибли в Рижском гетто.

В 1943 году у супругов родился сын Марис. В обстоятельствах, когда само существование этой семьи зависело от сохранения страшной тайны, появление ребёнка было одновременно счастьем и новым испытанием. Мальчик выжил, вырос и стал одним из величайших дирижёров своего поколения — Марисом Янсонсом, чьему искусству аплодировали лучшие концертные залы мира.

А его отец после войны возглавил оркестр Латвийского радио, затем перебрался в Ленинград, где работал рядом с легендарным Евгением Мравинским. Были гастроли, премии, звание народного артиста СССР, признание в Европе и Японии.

И всё же главная победа Арвида Янсонса состоялась не в концертном зале. Он спас женщину, которую любил, и сына, которому ещё только предстояло родиться. Иногда история мировой музыки зависит от того, найдутся ли два врача, готовых поставить свои подписи под спасительной неправдой.

Ксаверий БЕЛЫЙ.