И первый основательный мост через реку: что оставил Риге немецкий мэр

Людвиг Вильгельм КЕРКОВИУС управлял столицей Лифляндии 11 лет – с 1890-го по 1901-й. В сравнении с преемником — знаменитым градоначальником Джорджем АРМИТСТЕДОМ — его заслуги перед городом не столь впечатляющи. И все же весомы.

Через Двину наконец построили основательный мост – металлический, понтонный — вместо деревянного. Оделась в гранит набережная, в Андреевской гавани открыли крупный элеватор для зерна. Появились изящные пешеходные мостики через Городской канал – у Бастионной горки и оперного театра. Особый шарм каналу придали и фонтаны, открытые в эти годы: «Каскад» — у Бастионной горки и «Нимфа» — у оперы, а еще лебединый домик.

Идут городские деньги и на здравоохранение – в 1-й городской больнице открыт операционный блок, а на ее территории – поликлиника.

Модернизируется система водоснабжения – на улице Маза Матиса поднимаются две водонапорные башни.
Студенты немецкой корпорации Rubonia обращаются к градоначальнику с необычной просьбой: просят сдать им в аренду… Пороховую башню. Почти 200 лет – после окончания Северной войны – башня пустовала и ветшала. В ней «прописались» голуби, залетавшие через зияющие дыры крыши.

Мэр пошел навстречу студентам. А те за свой счет восстановили здание. Там, где когда-то стоял столбом пороховой дым, оборудовали отличный фехтовальный зал, появились стеклянные окна и даже балконы с великолепным видом на Старый город…

Градоначальник был человеком с харизмой. Мог месяцами не отвечать на письма губернской администрации, ссылаясь на некие «особые обстоятельства». Не забывал, что хоть генерал-губернатор из Санкт-Петербурга, но того назначили, а мэра избрали – городская дума.

При этом Керковиус, конечно, не был настроен против российской монархии, просто в меру возможностей защищал привилегии своих соотечественников — потомков лифляндских рыцарей. Правда, и других не забывал. Не случайно свой дом доверил проектировать первому дипломированному латышскому архитектору Янису БАУМАНИСУ…

При Керковиусе стартовало и строительство городского Русского театра на Николаевском бульваре (ныне — Национальный латышский). Началось проектирование и возведение Художественного музея.

Градоначальник сам возглавил комиссию, которая следила за ходом работ. 26 картин из личной коллекции он завещал будущему музею. Меценатство среди людей состоятельных и чиновных в те годы считалось чем-то само собой разумеющимся.

Керковиус не угождал верховной власти. Но в то же время часто напоминал балтийским немцам, что, если те не хотят лишиться политического и экономического влияния, должны знать русский язык. Его любимым изречением было: «Много врагов – много чести». У самого мэра недоброжелателей было немало…

На годы правления Керковиуса пришлись первые крупные рабочие волнения в Риге. Все началось в мае 1899 года, когда работницы джутовой мануфактуры, находившейся на Югле, объявили забастовку и отправились искать правду к генерал-губернатору. Причины: плохие условия труда, длинный рабочий день, низкая зарплата. Обещания фабричной администрации учесть требования так и остались словами.

Возле Александровских ворот (у нынешнего Воздушного моста) шествие остановила полиция, протестующих согнали в парк, находившийся поблизости, – Александровский. Весть о задержании работниц быстро разлетелась по городу. На подмогу подоспели рабочие с других предприятий, попытавшиеся освободить женщин. Полиция обратилась за помощью к военным, те открыли огонь. Девять рабочих погибли, были раненые.

22 мая бастовали уже пролетарии рижских форштадтов: Задвинья, Московского, Петербургского. По данным полиции, «в беспорядках» участвовало свыше 7 тысяч человек. Требования выдвигались экономические: повышение зарплат, сокращение рабочего дня.

Однако через короткое время забастовка завершилась. Победы рабочие не добились. Как напишут потом историки – не было единого руководства. Но и заводчики получили урок: молчать народ не будет. В историю забастовка вошла под названием «Рижский бунт».

Городская власть была полностью на стороне заводчиков. Своего Саввы МОРОЗОВА в Риге тогда не было, а избираться в думу могли лишь люди очень состоятельные – крупные промышленники, купцы 1-й или 2-й гильдии. Даже купцам 3-й гильдии в этом было отказано.

Впрочем, позднее и в Риге появился защитник рабочего класса из фабрикантов – латыш, лесопромышленник Август ДОМБРОВСКИЙ. Но помогал он лишь в своем промышленном районе – Вецмилгрависе.

В 1905-м на средства городской думы в Риге были открыты бесплатные столовые для нуждающихся, занялся город и трудоустройством безработных. Но в стране уже начиналась революция, и одним из ее центров стала Рига. Тогда город был одним из передовых промышленных центров России…

Имя градоначальника Людвига Керковиуса в истории Риги не так известно, как Джорджа Армитстеда. Тем не менее его вклад в развитие города весом.

Многое из того, что было создано тогда, служит и сегодня. И пешеходные мостики через Городской канал, и театр, и фонтаны, и водонапорные башни… И, конечно, особняк, который был построен на тогдашнем бульваре Тотлебена и на который обратил внимание НИКОЛАЙ I во время своего приезда в Ригу. Особняк был построен в 1878 году в стиле английской неоготики.

Потомки Людвига Керковиуса (у него было 9 детей) в 1939 году, как и большинство латвийских немцев, по призыву Адольфа ГИТЛЕРА вернулись в Германию, продав свое имущество латвийскому государству.

В 1940 году здание на бульваре Калпака, 4, перешло в ведение библиотеки Латвийского университета. В 2013-м была проведена реставрация здания и обновлен его фасад…

Родные Керковиуса и сегодня не забывают Ригу. В 2001 году на празднование 800-летия города съехалось около 60 его потомков! Из разных стран и континентов – от Южной Африки до Швейцарии.

Один из потомков подарил прижизненный портрет пращура, который передал библиотеке Латвийского университета. Именно она сегодня «прописалась» в том самом особняке, где когда-то жил мэр города царской поры – Людвиг Вильгельм Керковиус…

Илья ДИМЕНШТЕЙН

Все фото – из архива