Как за убийство рижской школьницы невиновного осудили: преступления 70-х

Противоречивое признание

21 апреля 1971 года ученица 9-го класса одной из рижских школ Светлана Б. пришла к своей подруге Валентине, чтобы вместе пойти в кино. В шесть часов вечера девушки вышли из дома и направились к кинотеатру «Пионерис», который когда-то располагался на углу нынешних улиц Элизабетес и Сколас. Сеанс закончился около восьми часов вечера. Подруги отправились домой по нынешней улице Элизабетес (тогда улица Кирова). И в тот момент, когда они прощались у трамвайной остановки на кольце 7-го маршрута, к ним подошел неизвестный и пригласил пройтись с ними в Вецригу.

Вначале он приставал к Вале, но та отказалась. А вот Светлана оказалась более сговорчивой. Неизвестный взял ее под руку, и они пошли в направлении улицы Цитаделес. Валя вернулась домой в половине девятого. Кто увел Светлану, она не знала. А утром возле Городского канала неподалеку от Андреевской гавани был обнаружен труп девушки.

Эксперт установил, что смерть наступила от проникающего ранения брюшной полости. Никаких других повреждений на теле и одежде жертвы не нашли. Но неподалеку нашли окровавленный нож — орудие убийства. Правда, никаких отпечатков пальцев на нем не было. Очевидно, что убийца действовал в перчатках, так как в тот вечер было прохладно.

Труп девушки нашла проживающая неподалеку женщина, которая рано утром вывела на прогулку свою собаку. Стали искать свидетелей. И вагоновожатая трамвая видела где-то около десяти часов вечера подозрительного мужчину, который убегал с того места, где утром был найден труп. И свидетельница описала его внешность.

Эти приметы подходили под описание Вячеслава М., который проживал на улице Аусекля и неоднократно задерживался милицией за мелкие правонарушения. Этого оказалось достаточно, чтобы его определили на роль убийцы.

Допрошенный в день задержания Вячеслав не признал себя виновным. Но после двухдневной отсидки в камере предварительного заключения он вдруг признался в совершении преступления, написав соответствующее заявление. Но в документе задержанный употребил явно непонятные ему слова, вроде «находился невминимом состоянии». Но он просил учесть его признание и смягчить наказание.

Но его «чистосердечное признание» не совпадало с фактами, установленными по делу. Он указал совершенно другое место, где встретил Светлану, и сообщил, что убил ее в беседке Стрелкового парка. В ходе следствия обвиняемый постоянно давал противоречивые показания. К примеру, он утверждал, что не помнит, когда он ей нанес удар ножом. Он помнил только, что она ушла от него к домам, а он пошел к остановке трамвая у Мореходного училища.

Суд вынес свой суровый приговор во многом на основании главной улики, предоставленной следствием. Это был тот самый нож, обнаруженный на месте преступления. Знакомые Вячеслава дали показания, что у него был похожий нож с наборной рукояткой, который, по его словам, он потерял несколько дней назад. Правда, подобные образчики холодного оружия были весьма распространены в то время, а отпечатков пальцев обвиняемого на нем не было.

Настоящие убийцы

С момента вынесения приговора прошло пять лет. Но тут в Риге была изнасилована и убита студентка 4-го курса Даугавпилсского педагогического института Рита К., приехавшая в гости к родителям. На этот раз следствие установило настоящих преступников — рецидивистов Л. и М. Они уже были судимы за изнасилование, а также за нападения на несовершеннолетних девочек, которых они под угрозой ножа пытались изнасиловать. Отбыв сроки, они вернулись в Ригу, где проживали их родители. И здесь принялись за старое.

Помимо убийства студентки был вскрыт еще ряд преступлений — убийств, разбойных нападений, изнасилований, совершенных этими людьми. В том числе было доказано, что Светлану Б. убили тоже они.
Вот как это произошло.

Пьяный Л. заметил Светлану и Валентину, прощавшихся на конечной остановке 7-го трамвая «Улица Аусекля». Взяв Светлану под руку, он перешел вместе с ней через трамвайные пути, а затем двинулся по улице Цитаделес в сторону церкви Петра и Павла. Вскоре их догнал М. Он попытался взять девушку под руку с другой стороны, но та попросила ее не трогать. Л. дал понять приятелю, что хочет изнасиловать Светлану.

Тогда М. побежал вперед и стал наблюдать за прохожими. У Л. при себе был нож, спрятанный в рукаве пальто. Он попытался затащить жертву в темное место, а когда она, защищаясь, начала кричать, ударил ее ножом в живот, а затем оттащил бездыханное тело к каналу.

Но на этот раз следователь одним признанием не ограничился, а организовал дополнительную тщательную проверку. М. на первом же допросе полностью подтвердил все показания своего подельника. Оказалось, что в тот вечер, когда была совершена расправа над Светланой Б., он был не один, а находился в компании двух молодых людей и знакомой Елены, ставшей впоследствии женой Л. Всех их разыскали и допросили. И они рассказали, что, гуляя с ними, М. искал своего друга. И три свидетеля видели, что Л. вел какую-то девушку.

Еще пять лет назад на первом допросе Валентина сообщила, что у мужчины, с которым ушла Светлана, была весьма характерная примета — во рту спереди имелся вставленный зуб или коронка из белого металла либо из серебра. И именно такая коронка и была у нового обвиняемого.

После убийства преступники стали заметать следы. Они прибежали на квартиру к Снежане, с которой дружил М., и попросили ее в случае чего подтвердить, что весь вечер они были у нее. Также Л. оставил у нее пальто, в котором был во время совершения преступления. И хотя его сдавали в химчистку, следы крови жертвы на нем остались. Многие свидетели видели у него и похожий нож — орудие убийства.

Коллегия по уголовным делам Верховного суда Латвийской ССР приговорила Л. и М. за многие совершенные ими преступления, в том числе и за убийство Светланы Б., к расстрелу. Но как быть с тем, что по ложному обвинению Вячеслав провел за решеткой пять лет? Тем более что о совершенном преступлении жена Л., Елена, сразу же рассказала своему брату.

Тот написал заявление на имя начальника Октябрьского РОВД города Риги, передав его лично, а заодно сообщив о ставшем известном факте убийства. Но заявление было попросту отправлено в мусорное ведро без регистрации и рассмотрения. Проверкой было установлено, что Вячеслав оговорил себя вследствие применения к нему работниками милиции незаконных приемов допроса. Перед ним только извинились. О получении каких-то материальных компенсаций за загубленные годы и речи не шло.

Александр ВАЛЬТЕР